Курсантский рисунок 70-х. Авторы: Федорченко Александр и Денисенко Евгений (АВВАКУЛ) Ларинги Году так в 84 обучали первокурсников в Сангачалах на самолётах Л-29. Курсанты попались неплохие, я бы сказал хорошие. Весёлые простые парни. Однако у каждого свой характер и способность к обучению. В наше 1-е звено наряду с остальными попал курсант Гагик Григорян, хороший такой видный армянин. Вежливый, культурный, улыбчивый, спокойный как танк, сразу видно, что из интеллигентной семьи. Единственным не то что бы недостатком, а скорее особенностью его, было слабовастенькое знание русского языка и, особенно, произношения. Говорил он медленно, подбирая слова, с большим акцентом, и как обычно был не многословен. Мне кажется, он строил предложение на армянском, в уме переводил на русский и озвучивал. Или наоборот, прослушав русский язык переводил его на армянский и только тогда понимал смысл. И к тому же не совсем обладал необходимой "лётчиской" реакцией. А так, повторюсь, неплохой парень. И попал он в экипаж к Володьке Кузнецову, выпускнику 83 года, любителю творчества В.С.Высоцкого, и тоже, как на грех, спокойному и немногословному. В процессе наземной подготовки при изучении радиообмена выяснилось, что Гагик его слабо знает, и, соответственно, этому было уделено повышенное внимание, после которого Володька Кузнецов разговаривал со мной с лёгким армянским акцентом. Наверняка вы знаете, что у каждого лётчика и курсанта были шлемофон, кислородная маска и ….ларингофоны, в просторечии ларинги. Лето в Азербайджане, сами знаете, очень жаркое и лётный состав имел привычку потеть всеми местами, особенно в самолёте при ожидании команды на запуск. Потел и Гагик. Он потел головой и шеей. От пота угольный порошок, находящийся в ларингах, увлажнялся, сбивался в комочки и терял свои сыпучие и разговорные свойства. И пилот оставался безголосым. Лекарство от этого было. Нужно снять ларинги и постучать ими, обо что нибудь твёрдое. В задней кабине это был воздушный коллектор обдува фонаря, а в передней, козырёк приборной доски или тоже коллектор. Порошок встряхивался и ларинги становились работоспособными. Был обычный вывозной полёт. Гагик запросил РП(руководитель полётов): - 434, вирюлить. (с акцентом) - 434, вирюливайте (с акцентом) Ну и порулили они на взлётную. - 434, взлёт(это чётко без акцента, по-моему единственное слово) - 434, взлетайте, пятая. - понияль, пиятая. (может чуть преувеличиваю) За 4 минуты полёта Гагик так вспотел, что ларинги заклинило!!! А если занял зону и готов выполнять задание надо ж доложить РП. Надо то надо, но нечем. Инструктор Гагику по СПУ(самолётное переговорное устройство): - докладывай Гагик добросовестно нажимает нужную кнопку и докладывает: - 434, пятую занял, высота 4, задание. Щелчок в эфире слышен и больше ничего. Инструктор Гагику по СПУ уже громко: - докладывай!!!! Щелчок и ничего. РП: - 434, зону занял? Гагик слышит и докладывает: - 434, пятую занял, высота 4, задание. Но его-то никто не слышит. И Гагик растерялся…. РП: - 430? Кузнецов: - 434, пятую занял, высота 4, задание. РП: - выполняйте. Володька по СПУ: - что молчишь?, не докладываешь? Давай вираж вправо крен 30. Да не влево, а вправо! Ты меня слышишь?... И тут до Володьки доходит, что у Григоряна не работаю ларинги. Что делать? Он говорит по СПУ: - сними ларинги и постучи ими по приборной доске. Гагик поворачивает голову и смотрит на инструктора левым глазом, выказывая крайнее удивление. Спокойный Кузнецов: -Григорян!....... Сними свои ларинги и дай мне их сюда. Курсант снимает ларинги и подаёт их Кузнецову через окошко в перегородке кабин для управления шторкой, а Кузнецов свои передает Григоряну. Григорян цепляет их и становится говорящим, а Кузнецов немым. Ситуация парадоксальная: курсант может говорить, но по растерянности не знает что, а инструктор знает, но не может. А ещё же и задание надо выполнять. Инструктор начинает стучать ларингами Гагика по коллектору, в надежде восстановить их работоспособность, но Гагик оборачивается и, втянув голову в плечи, испуганно говорит по СПУ: - товарьищ лейтьенант, там кто-то стучит. А Володька то ответить не может! Гагик отворачивается, Кузнецов продолжает стучать. Ситуация повторяется: - товарьищ лейтьенант, там кто-то стучит. И тут Володька в сердцах как заорёт на всю кабину: - ну открой ему раз он стучит!!! И что вы думаете? Правильно, Гагик потянулся рукой к ручке открытия фонаря! Кузнецов мне потом рассказывал: - я думал, что он его откроет, поэтому как заору со всей силы: - руки вверх, стрелять буду!!! Так и просидел Григорян с поднятыми руками до самой посадки. А постукивание дало свой результат и Кузнецов смог вести радиообмен. Курсант Григорян в дальнейшем не проявил достаточных для лётной работы способностей и был отчислен из училища. Так что можно сказать Володька Кузнецов ему жизнь спас. А вы говорите, ларинги…. В авиации не бывает мелочей. Автор рассказа - Олег Коневский